Похищенная оккупантами пенсионерка из Мелитополя отказывается от еды: у 68-летней женщины прогрессирует деменция
23 июня 2026, 06:00 | Автор: Мира Сергеева | Просмотров:
Галина Бехтер. скрин из пропагандистского сюжета
68-летняя жительница села Плодородное Мелитопольского района Галина Бехтер, осужденная оккупационным судом РФ по обвинению в «госизмене», стремительно теряет здоровье в СИЗО-1 Симферополя.
Об этом пишет активистка Дарья Костромина, переписывающаяся с сокамерницами Бехтер. По словам сокамерниц и правозащитников, у пенсионерки прогрессирует деменция, она отказывается от еды и практически не может самостоятельно себя обслуживать.
Ее история — лишь одна из десятков репрессивных дел против жителей оккупированной части Запорожской области, которых российские силовики отправляют за решетку за переводы через украинские банковские приложения.
"Не купается, в одежде зашла в душ, вышла в одежде»
Галина Бехтер периодически полностью уходит в себя, перестает разговаривать с окружающими и больше не способна самостоятельно себя обслуживать. Ситуация стала критической: пенсионерка практически полностью отказывается от еды. Сокамерницам приходится прилагать огромные усилия, чтобы хоть как-то поддержать в ней жизнь — они с трудом кормят её и вынуждены буквально удерживать у стола, «чтобы не сбежала».
Вес измученной женщины упал до критической отметки. При этом свидетели отмечают, что еще летом 2025 года никаких признаков когнитивных расстройств у неё не было — человека превратили в тень именно условия застенков после похищения.
— «Дела у неё плохие, категорически отказывается от еды, тащим её за руки за стол… С вечера оставляю картошку целую, в обед всё измельчаю [до кучи у Бехтер — зубные протезы], подогреваю и вдвоём держим её у стола, чтобы не сбежала. Иногда первую ложку подаём сами, чтобы она попробовала и съела хотя бы половину».
— «Она написать уже ничего не сможет, похоже, развивается болезнь Альцгеймера».
— «Я знаю её с июня 25 г., она была норм, адекватным человеком, через 2 месяца при этапе не узнала её».
— «Не купается, в одежде зашла в душ, вышла в одежде».
— «В душе сегодня выкупали, в камере еле переодели, стирать вещи тоже заставляем, чтобы не теряла навыки».
Из последнего письма известно, что у Галины Григорьевны уже кахесия — критически низкий вес. Сокамерницы пытаются добиться обследования. Вроде как врач уже дважды женщину смотрел, но она толком рассказать соседкам не может, что было на приёме. Без подробностей, но знаю, что есть люди, готовые взяться за юридическую помощь и искать возможность для освобождения по здоровью.Огласка сейчас работает неоднозначно, но вот это тот случай, когда навредить уже невозможно, и информацию стоит распространять. Вдруг чекистам хотя бы в этом случае будет проще актировать, — идет речь в письме Костроминой.
Несмотря на то, что пожилой человек балансирует на грани жизни и смерти, российская прокуратура проявила предельную жестокость: посчитав 11-летний срок «слишком мягким», обвинение обжаловало приговор и потребовало увеличить наказание до 16 лет лишения свободы.
Читайте также: «Донатили на продукты для ВСУ»: на ВОТ Запорожской области двум женщинам грозит 20 лет тюрьмы
Копеечный перевод, сломавший жизнь
Галина Бехтер жила в селе Плодородное Мелитопольского района Запорожской области. Как и тысячи других стариков, оказавшихся в заложниках у оккупационного режима, она была вынуждена получить российский паспорт, чтобы иметь элементарный доступ к больницам и не быть арестованной на первом же блокпосту.
Именно эта вынужденная «паспортизация» позволила ФСБ вменить ей статью 275 УК РФ («Государственная измена»). Вина 68-летней женщины, по версии следствия, заключалась в том, что в июле 2023 года она открыла приложение украинского банка и перевела средства. Российские спецслужбы тут же заявили, что эти деньги предназначались «на нужды ВСУ», и приравняли транзакцию к финансовой помощи иностранному государству.
5 марта 2026 года подконтрольный Кремлю суд вынес безжалостный приговор: 11 лет колонии общего режима и год последующего ограничения свободы.
В оккупации пожилые люди часто отправляют небольшие суммы своим детям, внукам или тяжелобольным родственникам, оставшимся на подконтрольной Украине территории. Однако захватчики тотально отслеживают любые операции в украинской банковской системе и трактуют даже самые мелкие, символические переводы родным как «госизмену» или «финансирование терроризма».
Репрессивный конвейер в Мелитополе
Трагедия Галины Бехтер — это не случайная ошибка, а часть страшного конвейера репрессий, запущенного оккупантами в Мелитополе и соседних регионах. Карательная машина целенаправленно выбирает самые беззащитные мишени — стариков, одиноких женщин и людей с инвалидностью, чтобы посеять среди населения тотальный страх.
По данным правозащитного проекта «Первый отдел» и центра Parubets Analytics, если за предыдущие 25 лет (с 1997 по 2022 год) в РФ по статьям о госизмене судили единицы, то после начала полномасштабной войны под каток попали тысячи. Только за 2025 год было вынесено рекордных 468 приговоров по «шпионским» статьям, и треть из осужденных (161 человек) — это граждане Украины, ставшие заложниками в собственной стране.
В одном ряду с Галиной Бехтер оказались и другие жители региона:
- 73-летний Андрей Марков: был брошен за решетку на 15 лет по обвинению в госизмене. Пожилой мужчина просто не перенес нечеловеческих условий содержания и умер прямо в тюремной камере.
- 63-летняя Лариса Гавриленко — жительница села Константиновка Мелитопольского района осуждена на 16 лет лишения свободы. Оккупанты похитили женщину после трагической гибели её мужа, который подорвался на неизвестном взрывном устройстве. В её доме устроили засаду. Пока женщина скиталась по мелитопольским пыточным, силовики караулили, кто придет в дом. Однако никакие “партизаны” на связь не вышли. Женщину пытали и заставили признаться в сотрудничестве с украинской разведкой.
-
66-летнюю жительницу села Любимовка Мелитопольского района Ларису Беляеву захватчики обвинили в «государственной измене» и отправили за решетку на 14 лет. По версии ФСБ, Лариса Беляева, которая работала главврачом в местной больнице, в течение 2023–2024 годов поддерживала свою страну. Используя приложение «Дия», пенсионерка якобы приобрела 102 военные облигации Украины на сумму около 270 тысяч рублей.
- 65-летняя Ирина Суховей из Мелитополя: приговорена к 15 годам заключения. Пенсионерка до войны пережила череду личных трагедий: смерть единственной дочери, матери и брата. Одинокая женщина, страдавшая от тяжелой болезни ног, отправила около 1700 рублей через украинское приложение. Силовики устроили у неё обыски, отобрали телефон, а автоматические списания, которые продолжали уходить со счета, стали поводом для огромного тюремного срока. По словам сестры, к моменту начала полномасштабной войны женщина уже находилась в тяжёлом состоянии здоровья и физически не могла выехать из оккупированного Мелитополя.
- Марина Белоусова из Приморска: швея, которая не могла уехать из оккупации, так как ухаживала за слепой 86-летней матерью. Её бросили в СИЗО за перевод 450 гривен (около 1000 рублей). В своих письмах волонтерам Марина плакала: «Боже, какая мелочь, а как дорого мне обошлась. Это дорога в один конец». Суд дал ей 12,5 лет строгого режима.
-
69-летняя Светлана Лой из Токмака: получила 15 лет колонии общего режима за обычный перевод собственным детям.
-
43-летняя Ольга Гульчак (Херсонская область): получила 12 лет колонии за перевод 1200 гривен (около 3 тысяч рублей) своей знакомой, собиравшей помощь для военных.
Читайте также: оккупационный суд приговорил врача из Мелитополя Андрея Герасименко к 14 годам лишения свободы в колонии строгого режима за донат ВСУ в размере 2000 грн
Как ФСБ выслеживает жертв: телефоны как ловушки
Для фабрикации дел против мелитопольцев силовикам не нужны сложные расследования — они действуют методами тотальных обысков и террора. Как объясняют правозащитники, чаще всего людей преследуют из-за информации, обнаруженной в их собственных мобильных телефонах во время жестких проверок на блокпостах, административных границах или пунктах фильтрации.
Под угрозами силовики заставляют людей разблокировать телефоны, получают доступ к паролям, банковским приложениям и проверяют историю финансовых операций за несколько лет. Иногда в материалах дела отсутствуют даже официальные банковские выписки — сотрудникам ФСБ достаточно найти упоминание о переводе в личной переписке или составить внутреннюю секретную справку, содержание которой обвиняемый и его защита не могут оспорить в суде.
«Любой украинский счет — это красная тряпка для силовиков, — говорит адвокат Николай Полозов. — Их цель — не просто наказать, а демонстративно запугать людей, разорвать последние живые связи мелитопольцев с их родственниками на свободной территории Украины. Они показывают: защиты нет и не будет ни для кого — ни для женщин, ни для тяжелобольных стариков».
История Галины Бехтер, которая прямо сейчас медленно угасает и теряет рассудок в одиночной камере симферопольского СИЗО, — это свидетельство того, в какой бесчеловечной реальности живут люди в оккупации. Здесь обычная попытка сохранить достоинство и остаться человеком может обернуться многолетним заключением, изоляцией и медленным уничтожением.
🟦 Команда РИА Пивдень работает, чтобы вы знали правду.
Мы ежедневно собираем важные новости о Запорожье, оккупированных территориях, опровергаем фейки российской пропаганды, рассказываем о проблемах ВПЛ и помогаем их решить
Если наша работа важна для вас, поддержите редакцию донатом — ваша помощь позволит нам продолжать писать для вас!
Поддержать редакцию
